Надежда Власова (nvlasova) wrote,
Надежда Власова
nvlasova

«Слава Богу, что я – Юнг, а не юнгианец!».

«Красную книгу» Карла Юнга выставили в Нью-Йорке

Адам Филипс Пятница, 23 октября 2009
  
Карл Юнг, всемирно известный автор теории психологических архетипов и коллективного бессознательного, ратовал за проведение научных исследований снов, мифологии, религии и искусства как инструментов понимания человеческого сознания. Особенно много он работал над этими идеями с 1913 по 1918 год – в период его глубокого кризиса и интенсивного творчества. Свою письменную хронику самопознания Юнг назвал «Красной книгой».

В 1930 году, 12 лет спустя после окончания описанных в ней душевных пертурбаций, он самолично убрал в сервант фолиант в изысканно тисненом кожаном переплете. Наследники Юнга отказывали в доступе к ней кому бы то ни было, а в 1984 году решили поместить книгу в банковский сейф. Возможно, они, как и сам автор, были обеспокоены тем, что нерациональные элементы дневника Юнга могут быть интерпретированы как проявления безумия и нанесут ущерб научной репутации психолога.

Однако, когда семья Юнга узнала, что некоторые части книги стали достоянием гласности, они позволили профессору истории Юнга в Университетском колледже Лондона Соню Шамдасани приступить к редактированию «Красной книги». На эту работу у него ушло 13 лет.

«Юнг начал “Красную книгу” в момент личного кризиса. У него была репутация признанного светоча европейской психиатрии. Он возглавлял авангард психоаналитического движения. У него была жена, большая семья, он был богат. Казалось бы, чего еще он мог желать? Однако он чувствовал, что потерял свою душу», – рассказывает профессор Шамдасани.

Юнг решил, что сможет обрести смысл жизни и вновь воссоединиться со своей душой посредством перемещения фокуса с внешнего мира в мир внутренний. Как говорит президент Юнгианской психоаналитической ассоциации Беверли Забриски, таким образом Юнг надеялся инициировать диалог со своей душой, или, как он называл ее, глубинным духом:

«Юнг понимал, что не может вести внятный разговор со своей душой, испытывая мирские эмоции, живя предрассудками и суетой, блокирующими доступ к душе, потому что он старается произвести впечатление на людей во внешнем мире. Он должен был позволить эмоциям обрести свои, отдельные голоса. Это и стало, по существу, содержанием “Красной книги”».

Чтобы дать выход своим эмоциям, Юнг уединялся и позволял сознанию блуждать в фантазиях и грезах наяву, не подвергая эти движения рационализации и не сдерживая их поиском причин или контролем сознания. Эту технику он назвал активным воображением. Именно в этом подобном трансу состоянии, говорит Забриски, Юнг увидел фантастические существа и фигуры, которые он описал в «Красной книге» готической каллиграфией. Рукой опытного живописца он изобразил их в ослепительных цветах.

«В «Красной книге» мы встречаем странных маленьких гусениц и чудовищных монстров, которые Юнг потом рассматривал и считал индикаторами собственной чудовищности», – отмечает Забриски.

Таким способом Юнг надеялся достичь единства с собой и вновь обрести душу. «Если я приму самое низменное, что таится во мне, – писал Юнг, – я опущу семя в почву ада. Семя это невидимо мало, но древо моей жизни растет из него».

«Тот факт, что Юнг, работая по ночам и выходным над своей книгой, уходил в глубины своей психики, выпуская на свободу страхи, подозрения и сомнения, а потом целый день работал с пациентами, путешествовал с лекциями, общался с Эйнштейном, говорит о многом. Так глубоко погружаться в себя и выходить оттуда, оставаясь значимой фигурой в мире, – я нахожу это уникальным», – считает Забриски.

Это был героическй путь. Сам Юнг утверждал, что путешествие героя является одним из постоянных мотивов, или архетипов, нашедших отражение в религиозных историях, мифах, сказках и искусстве каждой культуры. Юнг считал их признаками универсальных образов – или, как он называл это, коллективного бессознательного человечества. Все его психологические теории, полученные из опыта, изложены в «Красной книге». В этом смысле, говорит редактор Соню Шамдасани, она выходит за пределы личного дневника:

«Будь это дневником одного человека, книга не была бы столь значительной. По-настоящему важно то, что Юнг создал психологию, которая для многих стала мощным инструментом в процессе поиска смысла жизни и ответов на вопросы, который были всегда и остаются сегодня. Какова природа зла? Как мы должны жить? Что есть добро? Что есть «я»? Каковы наши идеалы? Что такое душа? "Красная книга" – попытка Юнга разрешить эти мучительные вопросы».

Публикация «Красной книги» Карла Юнга даст людям, ищущим ответы на эти вопросы, новый ресурс поиска. То, что книга выставлена в музее искусства Рубина в Нью-Йорке, несомненно, позволит расширить ее аудиторию и донести до многих идеи, порой спорные, великого человека. Сам Юнг, кстати, никогда не принимал участия в спорах о своих теориях, нередко восклицая: «Слава Богу, что я – Юнг, а не юнгианец!».

 http://www1.voanews.com/russian/news/america/Carl-Jung-Book-2009-10-23-65771157.html

Ролик из музея искусств Рубина 

http://www.rmanyc.org/nav/multimedia#Red Book Video




(Свет в сердце Тьмы. Из "Красной Книги" К.Г. Юнга)

"...Записи моих тогдашних фантазий я назвал "Черной книгой", которую позже
переименовал в "Красную книгу" и сопроводил ее рисунками. ["Черная книга" -
это маленький томик в черном кожаном переплете. "Красная книга" - своего
рода фолиант в сафьяновом переплете, напоминающий по форме средневековые
рукописи; и шрифт, и язык стилизованы в нем под готику. - ред.] В нее вошла
большая часть моих рисунков с изображением мандалы. В "Красной книге" я
попытался облечь мои фантазии в определенную эстетическую форму, но до конца
эту работу не довел. Я понял, что не нахожу пока нужных слов и должен
выразить это как-то иначе. Поэтому в какой-то момент мне пришлось отказаться
от эстетизации, обратившись лишь к смыслу. Я видел, что фантазиям требуется
некоторое твердое основание, что мне самому необходимо спуститься на землю -
вернуться в реальный мир. Но обрести основание в реальном мире я мог, только
научно осмыслив его. Я поставил перед собой цель осмыслить данный мне
бессознательным материал. И отныне это стало смыслом всей моей жизни.
Некоторую эстетизацию в "Красной книге" я допускал еще и потому, что
бесконечная череда бессознательных видений и образов ужасно раздражала меня,
- мне нужно было снять некоторые моральные установки. Все это существенно
отразилось на моем образе жизни. Именно тогда я понял, что ничто так не
влияет на нашу жизнь, как язык: ущербный язык делает ущербной и жизнь. Дав
такое объяснение угнетавшим меня бессознательным фантазиям, я освободился от
них, решая одновременно две проблемы - интеллектуальную и моральную."
(К.Г.Юнг "Воспоминания, сновидения, размышления")

Взято с http://www.well.com/~davidu/
Tags: психоанализ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments